Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
17:03 

ЭМОЦИИ

Всё что нам дорого, должно быть либо далеко далеко, либо внутри нас, что бы это нельзя было отбрать (с)
Блин, за один день все уже так заебало! Хочу обратно в больницу! *плачет* Не могу! Не хочу ничего!
Так больно, когда тебя динамит лучший друг... Приехала из больницы и поняла, что здесь ничего нет, кроме учёбы и постоянных напрягов. Поняла, что нужна, по-настощему, всего 2м людям. Спасибо, тебе, Лёльк... люблю тебя очень сильно.
А Грейка был прав. Нечего здесь делать. Вообще нечего. Тратишь свое время просто ни на что, и никому ты здесь не нужна! Когда ты есть с тобой общаються, а когда тебя не остаеться в этой сфере по тебе никто не скучает и не нуждаеться в твоем общении... Люди, которые говорят, что ты им дорога... только говорят. Зачем? Ну, молчали бы уж лучше. Ненавижу верить в это, а не верить не могу.
Ненавижу! *плачет* сколько можно надо мной издеваться? Я тоже не железная! ДорогА - так не надо плеват на меня и забывать обо мне. Хоть бы раз позвонили те люди, от которых я этого ждала. Правильно говориться друг познаеться в беде... так мне звонили люди, с которыми я вообще мало общалась и узнавали как я... предлагали приехать, а те люди, в которых я не сомневалась ни на секунду, просто забыли... и сейчас забывают... Грустно, обидно до слез... Лучший друг - хуже, чем первая любовь!... *плачет*
Скорей бы понедельник и... больница!
Не поеду я никуда завтра. Буду сидеть дома и учиться. какая разница, если всем насрать?

14:44 

Ещё один рассказ.

Всё что нам дорого, должно быть либо далеко далеко, либо внутри нас, что бы это нельзя было отбрать (с)
Для троих

Что то соленое и мокрое капало на его самый красивый лепесток.. Стебелёк дрогнул и качнулась головка… И снова, что то соленое и мокрое и ещё, ещё… Выпрямившись, он поднял голову и взглянул наверх. Никогда он не видел таких грустных глаз. Хотя на лице девушки была улыбка, руки и венок, который она плела, были мокрые от слез.
Девушка огладывалась по сторонам в поисках, следующего цветка. Её рука поятнулась к самому яркому и пушистому одуванчику.
- Стой! – откуда-то раздался голос. Девушка оглянулась, но вокруг никого не увидела. – Не рви!
Она опустила глаза и увидела там тот самый одуванчик. Он старательно уворачивался из-под её руки.
- Почему я не должна тебя рвать? – в Её голосе было дикое количество спокойствия.
- Тебе больно, я то тут не причем!
- Мне нормально, - и её рука, с ещё большей уверенностью, потянулась к цветку.
- Если я тебе помогу, ты дашь мне ВТОРОЙ шанс?
- Да, - не задумываясь, ответила девушка.
- Ты готова потратить время?
- Сколько?
- Пока не надоест
- Да.
- Приходи сюда через некоторое время. На это же самое место.
- Через сколько?
- Через сколько надоест ждать.
Девушка встала и пошла медленно, но уверенно назад…
Шли дни… одуванчик стал коричневеть и опушаться… Через некоторое время начался достаточно сильный ветер и беленькие «парашютисты» разлетелись по поляне… а некоторые и того дальше…
Она вернулась позже…гораздо позже, чем предполагала в самом начале… Она даже не надеялась там кого-то встретить.
- Ты где? – крикнула Она.
- Ты где? Ты где… где… где… - отдалось эхом.
- Я тут!
- Тут!
- И тут…
Но это уже было не эхо, а словно отозвался каждый одуванчик.
- Что случилось? – оглядываясь, сказала она.
- Ты уже решила свою проблему?
- Нет. Что с тобой?
- Я принял смерть, что бы стать жизнью!
- Что?
- Ты колеблешься. Ты боишься. Прости, мое мироощущение не позволяет мне показать тебе 2 ТВОИХ пути, в твоем понимании… Но ты же человек. Ты поймёшь!
- Да.
- Вспомни меня, когда ты хотела меня сорвать… красивый, яркий, пушистый?
- Да.
- Если бы ты меня сорвала, я бы сохранил свою историю красивой жизни, той, что мне была дорога, и на которую я тратил силы, но потерял бы шанс на продолжение.
- Чего?
- Засохнув, я бы умер, но остался бы один, других путей нет! Приняв смерть истории, я остался жить… и разлетелся по всей поляне. Теперь у меня много вариантов выбора… Но было страшно.
- Я ничего не поняла.
- Я больше ничего тебе не скажу. Прощай! Не колеблись1 Ты сильная!
Её переполнили эмоции, и она рванула в лес. Никто не знает сколько она бежала, но силы её покидали. Дыхание становилось все чаще и тяжелее… Боль. Она упала. Не найдя в себе силы подняться, Она так и осталась лежать на земле.
- Понятно. Человек – самое глупое существо! – раздался голос из-под её руки. – Давай проще! Ты хочешь умереть?
- Мне все равно, - она приподняла руку… Её кивал тот самый цветочек.
- Тогда чего ты вообще задумываешься? Не надо бояться смерти одного, если можешь дать жизнь другому! Убей его в себе и ту часть, в которой он живет! Пусть в тебе рождается что-то новое. Ты сохранишь себя, но другой… Ты сможешь больше, чем сейчас. Убей то, что мешает дать жизнь.
Вдруг Её сознание исказилось, и она увидела перед глазами то самое лицо. Которое давало надежду и каплю жизни. Его глаза светились добротой. Сердце снова участило свое биение, легкая дрожь прокатилась по телу… Только её улыбка начала трогать уголки губ, как вруг лицо стало меняться, заполняться пустотой и чем-то черным… сгустком грязи, который стал душить её изнутри… и убивало, то что давало надежду… Но четкое осознание бессмысленности этого, заставило найти в себе силы и поднявшись с земли.
- Хватит! – взмах ресниц и уверенный взгляд внутрь себя убили, то что убивало Её изнутри. Пускай старою и родную, но смерть, без будущего и счастья. Она сняла последнюю слузу и повесила её на самый красивый лепесточек – спасибо.
Её глаза засветились радостью и улыбка стала искренней. Я буду с тобой… буду… буду…

22:23 

Всё что нам дорого, должно быть либо далеко далеко, либо внутри нас, что бы это нельзя было отбрать (с)
Дорогой человек не тот за которого ты переживаешь, а тот за которого можешь искренне порадоваться.

22:02 

Всё что нам дорого, должно быть либо далеко далеко, либо внутри нас, что бы это нельзя было отбрать (с)
Мокрый снег падал на лицо и, тая медленно маленькими капельками стекал ей за шиворот. Они сидели на лавочке и молча смотрели на большие хлопья падающего снега.
- А ты умеешь петь голосами гор и рисовать красками ветра? - её голос звучал так будто сосулькой били об сосульку.
- Ты что? Это же смешная иллюзия!
Она поцеловала его в щеку и проговорила все тем же дзынькающем голосом:
- Я тебя обожаю. У тебя есть все данные увидеть мир.
- Я тоже тебя обожаю, но в иллюзию я не верю.
- Хорошо. Она положила голову ему на плечо, замолчала и улыбнулась.
Снег все падал и падал. Резные снежинки выписывали невероятные пируэты. Каждая в отдальности была похожа на балерину.
Они сидели так уже не первый год. Никуда не уходя с этой лавочки. Они жили как будто не в этом мире. Года за годом, дисятилетие за дисятилетием, век за веком... и каждый раз разговор заканчивался её улыбкой и его отрицанием. За это время она рассказала ему то, что человеческий ум просто не сможет поспринять. Она показывала ему такие вещи, которые человек нашего тысячилетия и мира сего не сможет осознать... Её голос с каждым дисятиетием звучал все более и более заманчиво и загадочно, а его все менее и менее убеждённым в своей правоте. Кто знает сколько ещё прошло столетий с момента того разговора, но сейчас они больше не сидят на той лавочке и не смотрят на вечно падающий снег. Они могли сказать в какое время какая и как упадет снежинка, но все равно изображали неподдельный интерес. В один прекрасный момент, когда самая красивая снежинка вновь упала на его нос, она встала с лавочки и пространство исказилось до неузнаваемости. Заиграли все цвета радуги, предметы исказились до неузнаваемости. В дереве можно было увидеть бьющееся сердце земли, в небе светили цвета ветра, и о вокруг раздовалось невероятное пение птиц.. оно было похоже больше на журчание ручья или игру арфы...
Её глаза преобрели не естественый белый белск. Она стояла обсолютно голая посреди одетой зимы.
Он встрал с лавочки и осмотрелся вокруг. У него было совершенно не прониаемое лицо, ни один волос не его голове даже не дрогнул. Он спокойно подошел к ней и криво улыбнулся.
- Мило. И что это?
- Мир.
- Это иллюзия.
- Это мир.
- Иллюзия.
- Докажи.
- Не бывает такого, что я вижу сейчас.
- А бывает ли то, что ты видел до этого?
Он замолчал и только сейчас по его лицу пробежала маленькая тень удивления.
- Если ответ так прост, то почему же ты не показала мне это с самого начала?
- Если бы я показала тебе это с мамого начала, ты бы мне поверил на столько на сколько ты поверим мне сейчас? Мне было достаточно задать тебе один вопрос для того, что бы ты осознала то что я имею ввиду.
- Неужели, что бы поселить тень сомнения в человеке нужны тысячилетия?!
- Смотря в чем ты хочешь заставить его начать сомневаться. Иногда нужно 5 минут, иногда век, а иногда милиарды лет.
Он сел на на землю.
- Люди никогда значит этого не осознают? - с обреченной надежной проговорил он.
- Некоторые это итак осознали, если сумели поставить все под сомнение и посмотреть на мир другими глазами. Не своими.
- Ты хочешь сказать, если бы я псомотрел на мир глазами соседа. Я бы все осознал?
- Не не все, но многое. Например, то что тебе стоило делать, что бы он не жаловался на твою громкую музыку.
- А если я не могу7
- Вот по этому нужны года и тысячинетия... Человек слишком жизнелюбивое существо, что бы ставить под сомнение свое существование... и слишком упрямое, что бы признать, что он не прав ни в чем.
- Мне страшно за людей.
- Неволнуйся... пройдут милиарды лет и они осознают практичски все.
- Долго.
- Знаешь Земля самая проблемная планета...
И она села и начала рассказывать о том, что и как происходит во вселенной и в человеческом сознании...не берусь судить сколько они просидели ещё, но к тому времени когда они закончили разговор... Люди почти всё осознали... А проблема лишь в доверии чужому взгляду...

18:01 

Душа в теле

Всё что нам дорого, должно быть либо далеко далеко, либо внутри нас, что бы это нельзя было отбрать (с)
Тело это всего лишь оболочка нашего сознания и найшей души... Но, нам больно, когда эта оболочка рвётся, ломаеться, царапается, заклинивает... Мы тщетно пытаемся всю жизнь сохранить эту оболочку.
Мы одеваем её, что бы было тепло и она не переохладилась, а в следствии не начала нагреваться. Мы моем её, что бы на ней не поселились вредные бактерии и насекомые. Мы пытаемся абгрейдить её под страндартные идеалы красоты оболочек. Мы при встрече судим людей по оболочкам.
А что дает эта оболочка? нчиего! Если бы я могла бы не чувствовать боли, то я бы вообще на это все забила бы... Так время от времени приводила в порядок и всё. Главное, то что внутри головы и духовный мир.
Теперь возникает вопрос. Как научиться отнаситься к телам, как к оболочкам и небольше???
Возможно смысл существования, в том что бы смысл его искать? (с)

Нет ничего грязнее души человека, который зарабатыевает огромные деньги путем пробащения человеческих жизней, но его оболочка чиста. Нет ничего чище души новожденного ребёнка, хотя он весь в слизи, с необрезанно пуповиной и непропорциональной оболочкой.
Мы 90% свой жизни тратим на оболчку, чем на то что внутри! И это безумно пугает. Так какой же тогда смысл жить ради обложки, которая не вечна и в любом случаее сломаеться безвозвратно?
Мы все умераем и будем умерать. И ты тоже умрешь! Но мы все равно продолжаем тупо заботиться о лице, фигуре, коже и т.д. обидно Я прекрасно понимаю, что дела тоже самое... привычка. Но если бы была возможность я бы стала бесплотной... единственное, что оставила бы... это глаза.
С каждым днём филосовкого смысла жить остаеться все меньше и меньше... остаеться, только материальные причины и физические под робности. обидно и больно...

17:50 

Начало моей книги

Всё что нам дорого, должно быть либо далеко далеко, либо внутри нас, что бы это нельзя было отбрать (с)
Голова дико болела. Я попыталась открыть глаза. Всё плыло, а тусклый свет от пламени свечи резал глаза. Я вновь их закрыла. Вдруг я услышала чей-то голос и решила пока ничего больше не делать.
- На сей раз, я надеюсь, это точно она?
- Да, мой лорд. - ответил хриплый, добрый, "старый" голос. Скорее всего, это был старик.
- Хорошо бы. А ту самозванку вы уже посадили в темницу?
- Да, как Вы приказали. Но, мой лорд, я всё же осмеливаюсь оспорить Ваши действия, касательно той девушки.
- Почему?
- Она, по сути, ни в чем не виновата.
- Хм, Вы хотите оказаться на её месте? - они оба говорили очень спокойно.
- Нет, Ваше Высочество.
- Подумайте сами, кто в этом виноват? Вы, потому что сказали информацию, возможно не чётко, и мои люди не смогли доставить, ту, что было нужно, а после и не распознали "подделку", либо мои люди, не сумевшие понять правильно Ваши слова и привёдшие мне не то, что надо. Так что я имею все основания посадить вас всех за решётку, но Вы мне нужны, а пара лишних солдат пригодится на случай войны. Я, думаю, что не стоит раскидываться ни Вами, ни ими.
- Да, милорд, Вы правы. Но в чём же виновата девушка?
- В том, что не сказала всей информации сразу, во-первых, а, во-вторых, весь год скрывала её от нас, даже, когда я её спрашивал. Так что, Хемит, Вы можете оставаться при своем мнении сколь Вам это угодно, но я буду поступать, в данном случае, как сам считаю нужным.
- Как скажите, Ваше Высочество.
- Хемит, я, наверно, пойду спать. Присмотрите за ней и сообщите мне, когда она проснётся. И… - голос "задумался". - Нет, ничего. Спокойной ночи.
- Спокойной ночи, мой лорд.
Послышались шаги и скрип двери. Приглушённый стук и наступила полная тишина. Тот, которого называли Хемитом, тоже не издавал никаких звуков.
Я снова приоткрыла глаза. Свечка уже не так раздражала их. Меня мучила куча вопросов. Где я? Что со мной хотят сделать? На счёт второго вопроса, я могла предположить лишь, то, что сейчас я нахожусь в уютной постели, и, по крайней мере, пока, мне ничего не угрожает. Моя голова пухла от вопросов, на которые я не могла дать ответ. Пока не могла. Хотя был один. Что мне сейчас делать? Заснуть или сообщить о том, что я проснулась? Как я поняла, на дворе была ночь.
Все мои попытки заснуть закончились тщетно. То ли мучило меня любопытство, то ли беспокойство, не знаю. Но заснуть я не смогла.
Я приподнялась и осмотрелась вокруг. От свечки остался малюсенький огарочек, казалось, что он вот-вот потухнет. Огарок находился на деревянном столе и освещал очень мало. Я спустила ноги с кровати и только сейчас заметила, что мои волосы были не заплетены в косичку, как это обычно было, а распущенны. Одета на мне была кружевная ночная рубашка, кажется белая, хотя в темноте толком разглядеть не могла. Я встала с кровати. Никаких звуков или телодвижений со стороны Хемита не последовало. По ногам дуло. Покрутившись вокруг в поисках тапочек, я поняла, что всё равно ничего так не увижу.
У меня в голове крутилась мысль, что поступаю совершенно безрассудно и неосторожно. Вдруг послышалось слабое сопение:
- Ты проснулась, дитя моё?
- Да, - после долгих колебаний ответила я.
- Подходи, садись, - сопя, снова произнес старик.
Я колебалась, но потом всё же решила, что мы детдомовцы привыкли ко всему и чему быть того не миновать, и направилась к столику со свечкой.
- Как ты себя чувствуешь?
- Нормально. Где я? И что я здесь делаю? - начала расспрашивать я.
- Ты в Лавенбере. Цель твоего присутствия здесь тебе скажу не я.
- Почему?
- Так надо. Так должно быть.
- Почему? Почему именно я?
- Леди Лейла, Вы не думаете, что слишком неосторожны и любопытны? - сказал Хемит с усмешкой.
- Я так думаю. Но это лучше чем сидеть и втыкать, боясь всего.
- Простите, что втыкать и куда? - не понял старик.
- Ну, блин, сидеть просто так.
- Вы хотите есть?
- Нет. С чего бы взяли?- не поняла я.
- Вы упомянули блины.
Я отвела взгляд и вдохнула. Мда, куда я попала? Знание такого рода лексикона здесь полностью отсутствует. Придётся следить за своей речью. Может, от слов-паразитов отучусь.
- Может, Вы поспите до утра? - предложил старик.
- А сколько сейчас времени?
- Четыре часа утра.
- Вот видите уже утро, так что спать я, больше не собираюсь!
- Тогда проследуйте за мной! - старик встал.
- Что в таком виде? - я взялась за края ночнушки.
- Пока да.
Он пошёл к двери.
- Босиком?
- Перед вами обувь.
- Нет её тут!
- Посмотрите внимательнее.
Я опустила голову и нашла пару кожаных сандалий. Я могла поклясться, что минуту назад их здесь не было! Надев их, я последовала за Хемитом.
Мы вышли в длинный коридор, который был хорошо освещён. Хемита я пока могла разглядеть только сзади. У него были жидковатые, серые, седые, кажется с настоящими серебряными нитями, волосы до лопаток. Одет он был в синюю с золотым мантию. Я сразу вспомнила, старых волшебников из книжек.
Мы шли минут пять, петляя в бесконечных коридорах с многочисленными дверями. И как он здесь разбирается? Я бы давно заблудилась бы! Хотя, если он тут живёт долгое время, то не мудрено.
Наконец, мы дошли до нужной нам двери. Старик открыл ее, и мы оказали в небольшом помещёнии. Странно, но все свечи (посреди ночи) были зажжёны. У стены стоял камин, рядом с которым стояло два бордовых бархатных кресла. На полу лежал мягкий ковёр. На стенах висели картины, а в окнах, готического стиля, светила луна. Она было большая, удивительно круглая и яркая. В комнате так же были тумбочки, книжные шкафы и множество разных статуй и статуэток.
- Жди здесь, - и старик вышел.
Я подошла к камину, в котором задорно трещал огонь. Над ним висел портрет женщины лет сорока. У неё были черные волосы, собранные в красивую прическу, напоминающую пучок. Она была одета в фиолетовое платье с белой оторочкой. На её худом лице размещались маленькие злые глазки. Мне стало как-то неприятно, не по себе. И я перевела внимание на старинный подсвечник. Я с детства интересовалась всякими древностями, а тут живой раритет. Я не удержалась от соблазна прикоснуться к этому чуду. Как только я поднесла руку к подсвечнику в дверь вошли. Я обернулась, и чуть было не уронила статуэтку собаки. К счастью, я успела её поймать.
- Простите, - я посмотрела на вошедших.
Передо мной стоял Хемит и ещё один мужчина лет 23. Сейчас я могла хорошо их разглядеть. Хемит был действительно очень стар, но в его глазах читалась доброта и магия. Я сразу поняла, что мои догадки и сравнения с волшебником... не просто мысли! Он действительно был маг. Его длинная борода была такой же, как и волосы. Интересно, а все волшебники одинаковы? Второй был красив. У него были до боли правильные черты лица. В глазах у него простиралась синяя бездна, если бы я ещё дольше смотрела бы туда, то могла бы "утонуть". Его темно коричневые волосы, волнами были хаотично разбросаны по голове. На нём было синее с белым одеяние.
- Лейла? - он оценивающе посмотрел на меня и улыбнулся. По голосу я поняла, что это точно тот лорд, что говорил тогда с Хемитом.
- Я пойду? - спросил Хемит.
- Да. Спокойной ночи.
- До утра, - он вышел.
Лорд прошёл и сел в одно из кресел.
- Присаживайся, милая, - показал он рукой на второе кресло.
- Кто Вы? - снова начала любопытствовать я, садясь в кресло.
- Почти правитель этого королевства, - он снова улыбнулся. У него была очень красивая, белозубая улыбка.
- А я девочка из детдома города Москвы.
- Ну, вот и познакомились, Лейла.
- Да, лорд… - не закончила я предложение в надежде, что он назовёт своё имя.
- Как спалось?
- Нормально, - я отвернулась, что бы не "утонуть" и принялась смотреть на пламя.
- Я рад.
Наступило неловкое молчание. Пришло моё время.
- Что я здесь делаю?
- Теперь живёте.
- Понятно, - почему-то это известие мне не принесло беспокойств. Я сама себе удивилась, но знала, что здесь лучше, чем в детдоме.
- Ты так спокойна, словно я тебе сказал, что-то очень естественное. А вдруг мы собираемся тебя убить?
- Во-первых, Вы сказали, что я здесь буду ЖИТЬ, а, во-вторых, хотели бы - не сказали бы.
- Хм, Вы странная, - он опустил голову.
- Так это все, зачем Вы меня сюда притащили? Жить? - я вновь посмотрела на него.
- Нет.
- Так для чего же ещё? - я стала говорить жестко.
- Это Вы узнаете в своё время.
- Мне нужно знать это сейчас! - громко и строго сказала я.
- Я не должен перед тобой отчитываться! - так же сказал он.
- Прости, но я хотела бы знать три вещи: кто ты? для чего тебе я? и почему именно я?
- Мы перешли на "ты"?
- Это ты перешёл на "ты", - сказала я спокойно.
- Ну, пусть так и будет.
- Так я хочу знать…
- Называй меня просто лорд, я являюсь правителем этой страны. Ты здесь с определённой целью, о которой узнаешь позже. Именно ты? Хм, по тому, что ты красивая.
- И только? - я подняла голову. - Тебе, что важна лишь красота. Умная, или нет - это не важно, да? Пусть лучше будет красивая кукла?
- А ты встречала умных и красивых девушек? - он усмехнулся.
Я посмотрела на него с презрением и, встав, подошла к окну. Я молчала.
За окном брезжил рассвет. Лучи солнца показались из-за зелёных холмов. Я смотрела на город. Повозки, сено, лошади, каменные дома и несколько людей. Средневековье, одним словом. Поля, луга, лес. Мир из моих снов и воображения. Я невольно улыбнулась.
- Ты любишь скакать по полям на лошадях? - поинтересовалась я.
- Да.
- А у тебя найдётся черный конь для меня?
Он встал и, улыбнувшись, ответил:
- Да. Только тебе нужно переодеться.
- Я заметила. И где я могу это сделать?
- Пойдём, - он взял мою руку и повел из комнаты.
Я пошла за ним. И снова этот длинный "лабиринт".
Мы вошли в светлую комнату. Она была довольно большой. У стены стояла кровать с балдахином. Шкаф, трельяж, тумбочка и доспехи стражника. Окна были такие же, как и в той комнате, вытянутые, заострённые сверху.
- Это твоя комната. Вот там ты можешь найти одежду, - он указал рукой на шкаф. - Я подожду за дверью.
Он вышел. Я открыла шкаф. Моему восторгу не было предела. В шкафу висели платья такой красоты, что у меня чуть слюни не потекли. Я выбрала самое простое. Одев его, мне показалось, что я попала в сказку. Я смотрела на себя в зеркало. Стройная девушка, с золотистыми вьющимися волосами до поясницы, с лиловыми (странный цвет, для глаз, правда?) глазами, в небесно голубом платье. Ещё бы чуть-чуть и влюбилась бы в себя.
Я вышла из комнаты.
- Я готова.
Он улыбнулся, и мы пошли к конюшне. Там нас ждал молодой парень, которому мой спутник приказал оседлать двух жеребцов чёрного и белого.
В женском седле я чувствовала себя не очень комфортно, но всё равно скакала хорошо. Верховой ездой мы занимали каждый год, когда выезжали в лагерь.
У нас получилась своеобразная гонка. Как нестранно, в мастерстве я не уступала лорду. Мы скакали почти наравне. Наши скачки продолжались около получаса, доскакав до опушки, я остановилась. Лорд резко затормозил жеребца.
- Что случилось? Устала? - поинтересовался наездник.
- Нет, - я сделала удивлённый вид.
- Тогда что?
- Ты хочешь ещё скачки?
- Давай устроим гонку.
- На что?
- Твоё предложение.
- Если я выиграю, ты скажешь мне своё имя и зачем я тебе нужна.
- А если я выиграю, ты выполнишь любое моё желание, - он не дал мне договорить.
- Идёт. Цель?
- Вон, - он показал рукой вдаль. - Видишь там большое дерево? До него.
- Идёт, - я улыбнулась.
До дерева было метров семьсот, но видно его было издалека, уж очень оно было большое.
По началу я скакала значительно быстрее. Лорд едва успевал идти наравне с хвостом моей лошади. Я уже было обрадовалась, как он вырвался вперёд, до дерева было ещё далеко. Я волновалась не сильно и потихоньку вырывалась вперёд, но лорд не желал отдавать своё лидерство и поторопил коня, я снова начала отставать. Дерево приближалось. Я отстала и уже стала волноваться, но решила не сдаваться. Я, как могла, торопила моего жеребца, но чем больше я приближалась, тем сильнеё лорд убыстрялся. Ничего не менялось. Дерево уже близко. Я уже всех сил ударила коня шпорой (я не люблю это делать так сильно и больно, но тогда это было важно) и он бешено понёсся вперёд. Я приближалась к моему сопернику. Я уже наравне, вырываюсь вперёд. Дерево близко. Совсем. Мимо, торможу коня. Разворачиваюсь и еду обратно.
Лорд сидел на коне и улыбался.
- Ты выиграла. Ты великолепная наездница. Где ты этому научилась?
- Это не важно.
- Как скажешь. Поехали медленно обратно?
- Да.
Лишь на обратном пути, когда моя голова уже не была забита чем-то посторонним, я ощутила потрясающе свежий воздух. Ветер дул мне в лицо, раздувая волосы. Как это прекрасно.
- Наш уговор, лорд, Я хочу знать твоё имя.
- Так и быть. Меня зовут Герберт.
- Красивое имя. А зачем я тебе нужна?
- А это я скажу тебе сегодня за обедом.
- Наш уговор был…
- Что я тебе скажу. Сегодня, - он снова меня перебил. - Я и скажу сегодня, но за обедом. Кстати, я надеюсь, ты осчастливишь меня своим присутствием?
- Ты не оставляешь мне выбора. Моё любопытство, всё равно возьмёт верх.
Он улыбнулся. Всю остальную дорогу мы молчали. Я наслаждалась красотой природы, свежестью воздуха и чистотой неба, раздумывая и том, что веду себя очень безрассудно. Я любила читать фентези, и, вспоминая тамошних героев, я думала, что я легкомысленна и всё делаю не правильно. Надо быть более осторожной, но моё любопытство мне этого не позволяло.



До назначенного часа обеда оставалось всего лишь полчаса. Быстро приведя себя в порядок, я села на кровать. И задумалась о том, как я сюда попала. На самом деле не было ничего необычного, я даже ничего не помню. Просто вечером заснула, а проснулась уже здесь. Наверно, просто чудеса любят совершаться, когда этого никто не видит. Им так проще.
Мои раздумья прервал стук в дверь. Это был слуга, которому было поручено отвести меня в обеденный зал. Не буду опять рассказывать об этих лабиринтах, в которых я ничего не понимаю, но они всё-таки были.
Войдя в зал, я увидела двадцатиметровый стол. На дальнем углу стола сидел Герберт. Слуга аккуратно отодвинул стул, жестом приглашая сесть. Подобрав платье, я села. Передо мной уже стояли многочисленные приборы, тарелки и блюда. Герберт, поставив локти на стол и, положив на руки голову, улыбался.
Слуга ходил от одного конца стола до другого, раскладывая пищу. Сначала он положил суп, напоминающий гороховый. Хлеб был свежий, мягкий и очень вкусный. Герберт подозвал слугу, нашептал ему что-то на ухо, и юноша направился ко мне.
- Его Высочество, лорд Герберт спрашивает, желаете ли вы продолжить разговор?
- Да.
Слуга снова подошел к Герберту, видимо передавая мой ответ. Лорд опять нашептал ему на ухо, и слуга пошел ко мне.
- Его высочество спрашивает, с чего вы хотите начать разговор или сразу к делу?
Я несколько раз мельком посмотрела сначала на юношу и, встав, пошла к Герберту. Все были в недоумении, только лорд довольно улыбнулся.
- Ну, так что? – я села рядом.
- Очень не гуманно с твоей стороны подрывать устоявшиеся стереотипы моих слуг. Для них это был стресс, - съязвил он.
- Ничего, пусть привыкают, я так понимаю, что я здесь надолго… м?
- Надеюсь что так. Очень бы не хотело потерять будущую жену в день знакомства, - он улыбнулся и продолжил есть.
У меня просто не нашлось слов. Я тупо уставилась на Герберта в надежде на продолжение объяснений. Но, увы, он молчал.
- Но почему именно я? – никогда не думала, что начну пороть такую синтементальную глупость.
- Дорогая, ну ты же мне не поверишь, если я скажу тебе, что влюбился с первого взгляда?
- Почему бы и нет?
- На самом деле отчасти это тоже правда, но отнюдь не главное. Видишь ли, для того, что бы стать полноправным правителем этого государства, мне нужна жена.
- Ну, допустим… но это не является ответом на мой вопрос.
- Изначально ты спросила, зачем ты мне нужна. Я ответил. Все остальные вопросы – не сегодня, - протерев рот салфеткой, он встал из-за стола, поцеловал мне руку и удалился.
Меня проводили в мою комнату. Сев на кровать, я поняла, что так ничего и не съела. Но меня волновало отнюдь не бурчание моего живота. Больше всего меня волновало то, что, почему я должна выходить за кого-то замуж? Вот так вот, только что из другого мира и сразу замуж? Нет уж. Никогда не задумывалась о счастливой семье, куче маленьких детишек, да и о жизни царицей тоже. Даже в детстве, в отличие от своих сверстниц, не играла в принцесс и не ждала никогда на белом коне.
Ещё меня волновало то, что какая то девушка должна была оказаться на моем месте, но Герберта чем-то она не устроила, и теперь она сидит где-то в подземелье.
Я решила выбираться отсюда, и как можно быстрее. Открыв шкаф, я попыталась найти хоть что-нибудь похожее на штаны, но, к сожалению, ничего не нашлось. Тогда я взяла самое простое платье из тех, которые были, обрезала его чуть выше колена. Пришло рукава тоже укоротить. На ноги я одела те самые сандали, которые сотворил волшебник, волосы собрала в хвост и вышла в коридор. К сожалению, я совершенно забыла об этом «лабиринте». Я посмотрела по сторонам: какая разница? Я решила пойти вправо до первой лестницы вниз.
Лестница была такой длинной, что конца не было видно в темноте. Я взяла факел, который весел на стене и пошла вниз. Спускалась я минут 15, не меньше, к счастью на моем пути не попалось ни одного стражника. За лестницей следовал следующий коридор, а раз я мысленно окрестила их лабиринтом, то решила придерживаться правила правой руки. Снова свернув на право, я опять нашла лестницу вниз. Конец лестницы был виден, и внизу туда-сюда ходил охранник.



17:48 

Очередной отрывок чего то

Всё что нам дорого, должно быть либо далеко далеко, либо внутри нас, что бы это нельзя было отбрать (с)
Она смотрела в окно на дождь, на намокшие деревья, темные холмы и луну. Потом, повернувшись ко мне, сказала:
- Знаешь, я всё-таки думаю, что Альфред не рискнет нападать на замок. Как минимум месяц.
- Не знаю, Молли. От него я жду теперь только самое худшеё. После того, как он напал на Гамберг при действующем мирном договоре. Я боюсь, что наше письмо ему не помешает. Если он не дурак, то прекрасно понимает, что Лавенбер сейчас не может хорошо обороняться, не говоря о том, что бы вести борьбу против него. Хотя крепость Лавенбера и выстояла многое, но сейчас мы слабы, – я села и, поставив локоть на стол, облокотилась на руку.
- Но так же и у него осталось мало солдат после битвы в Гамберге, что бы наносить сильные атаки. Ему понадобиться как минимум три недели для восстановления сил. Во-первых, за это время мы успеем подготовить твою армию, объединить с моей и собрать добровольцев, во-вторых, можно попробовать попросить Хемита сделать магические бомбы. Он ведь согласиться помочь?
- Конечно. Но всё равно, Молли, этого мало. Мы отобьем атаку, две. Не больше.
- Лейла, ты что боишься? – она подошла к столу и, облокотившись, оперлась на стол, посмотрела на меня. Я подняла голову. – Моя сестра боится… Не могу в это поверить. Лейла, это ты?
- Да, Молли, это я, просто…пойми, что я волнуюсь. Быть может, даже боюсь. Я боюсь за свой народ.
- Герберт никогда этого не боялся. И что он в тебе нашёл тогда? – Молли отошла от стола и села в кресло напротив.
- Это не касается нашего разговора, – произнесла я жестко.
- Касается. Он заботился о стране и о будущем.
- Ты просто не знаешь, как он любил свой народ!
- Только таких «соплей» я от него никогда не слышала. Он тебе это в постели говорил?
- Замолчи. Престань ехидничать. Сейчас не время вспоминать былую ревность!
- Думаешь?… Хм, да, наверно, ты права. Ну, так, что будем делать, сестра?
- Может для начала дождаться ответа на письмо? Хотя нет…не стоит. Давай завтра я подпишу указ о наборе добровольцев. Свяжусь с Хемитом и попрошу о помощи.
- Может мне стоит связаться с Дедри?
- Думаешь, он нам союзник?
- Не знаю, но попробовать стоит.
- Да, свяжись. На сегодня всё. Завтра встречаемся здесь же. В то же время, - я вышла и плотно закрыла дверь.
Я шла по коридору, направляюсь в северную башню. Пойдя до двери, я посмотрела, нет ли слежки и тихо повернула ключ.
Комната была похожа на маленькую, очень маленькую, библиотеку-читальню. Подойдя к шкафу, я нашла, книгу с его стихами «Посвящения любимой…», отклонила её от полки. Тяжело, но без грохота задняя стенка камина, который находился напротив, начала отодвигаться. Для того, что бы влезть туда, надо было на крачках изрядно перепачкаться в зале … Ну, что же не сделаешь ради страны? Улыбнувшись, я полезла внутрь.
Помещёние, в котором я оказалась, было побольше предыдущего, но тоже не отличалось большими габаритами. Зато в нём было окно. Запылившиеся шторы, старые канделябры, потрёпанные веками книги и свитки. Стол. До сих пор не могу понять, как он его сода затащили. Я села достав из одно из ящиков бумагу начала писать письмо. Вдруг, что то заскрипело и шкаф и книгами начал перекручиваться, я застыла на месте. С другой стороны шкафа «приехал», то кого я уже не думала, что увижу ещё когда-нибудь.
Я встала и отбежала в угол.
- Что не рада меня видеть? А я надеялся…
Передо мной стоял мой покойный муженёк. Облачённый во всё белое, лишь отделка плаща, сапоги и ремень были синего цвета. Кудрявые волосы, как всегда были хаотично «разбросаны» по голове. В синих глазах было удивление на мою реакцию.
Внутри меня всё сжалось. Я не знала, что делать. Радоваться и бояться?
- Герберт, это ты?
- А кто ж ещё? – улыбнулся он. – Что стоишь как не родная? Обнять меня не хочешь?
- Где ты был?
- О, это долгая история… Расскажу как-нибудь. Иди ко мне, я соскучился.
Мне было страшно, что то подсказывало, что не стоит этого делать, но поддавшись эмоциям, я накинулась на Герберта. Первые несколько секунд я ощущала лишь холод, потом в глазах поплыло, голова потяжелела и я потеряла сознание.
Не знаю сколько прошло времени, но очнулась я на чем-то жестком, в последствии я поняла, что это камень, от чьего-то прикосновения. Я открыла глаза и увидела мужа.
- Что это было? Где мы? – я совершила тщетную попытку подняться.
- Я не знаю, что было до этого и что с тобой случилось, то сейчас мы у Альфреда в заточении.
- Но…но как же? Ты же сам зашёл в тайник и прижал к себе, а потом я ничего не помню.
- Да?! – он сильно удивился и слегка разозлился. – Я думаю, что нужен очень сильный маг для того, что бы иметь силы держать себя в ином облике и совершать телепортацию, хотя Хемит таким является, но я не думал, что он ещё в силах что-то делать, кроме волшебных бомб. А ты, что же, дорогая, чутьё на магию совсем потеряла?
- Я просто увидела тебя…- я растерялась и приподнялась.
- Ты, - он улыбнулся. – Всё ещё любишь меня?
Он обнял меня, а я заплакала.
- Прости меня. Я не хотела, - говорила я сквозь слёзы. – Прости я подвела тебя, я убиваю нашу страну, прости…Молли была бы лучшей женой чем я. Она хотя бы лучший тактик.
- Лейла, моя Лейла, - он посмотрел на меня и начал вытирать мои слёзы. – Прости. Я сам во всем виноват. Прости, что я так глупо повёл себя, уехав и оставив тебя одну. Моя Лейла.
- Герберт, а что с тобой было? – вдруг встрепенулась я.
- Долго рассказывать.
- У нас я думаю много времени. Хотя надо как-то предупредить Молли о Хемите и обо всём этом.
- Зачем? Она итак в курсе всего. Нас предали все. Осталась надежда лишь на западные земли. Моргана, Эдикта и Бенжамена.
- Ах, она сволочь!
- Дорогая, сколько раз я тебя предупреждал, что родственники самые коварные и изощрённые враги?
- Я хочу спать, - я прижалась к Герберту и закрыла глаза.
- Ладно спи. Завтра ночью решим, что делать. Молли?
- Что?
- Скажи, ты меня до сих пор любишь? Ведь прошло уже семь лет.
- Да. Люблю.
- А я уж и не надеялся. Я тоже тебя очень сильно люблю.
Он поцеловал меня в макушку, в мои золотистые волосы, и я уснула.

17:47 

Всё что нам дорого, должно быть либо далеко далеко, либо внутри нас, что бы это нельзя было отбрать (с)
Свежий ветер дует откуда-то с запада....мне в лицо. Мои волосы развеваются на ветру. Рукава и подол платья, сдавившего мне грудь, приятно щекочут тело, колыхаясь от ветра. Внизу море, скалы...если прыгнуть, то скорее всего разобьёшься. Вдалеке виднеются зелёные холмы. Редкие перестые облака проплывают по небу неестественно-голубого цвета, но всё равно манящего своей глубиной.
Я стою на каменной стене замка. Я чувствую свободу.
Стою ещё минут пять и бегу вниз по лестнице. Выбегаю из ворот. Медленно, оглядываясь по сторонам, иду к причалу. Я босиком и камни слегка впиваются в ноги. Сердце бьется очень быстро я даже чувствую, как стучит кровь. Убыстряю шаг...
Причал, корабль...Поднимаюсь. Тишина. На корабле, по-моему, никого нет. Я спускаюсь в каюту. Красиво. Практически всё в позолоте. Старинные и очень красивые канделябры весят на стенах. Посередине стол, на котором лишь чернильница, перо и бумага. В углу висят шпаги...Беру одну.
Неестественно колышется штора...Подхожу медленно...Отдёргиваю - ничего.
Поднимаюсь на палубу. Вдруг слышу крик: "Вон она!". Ко мне направляется пятеро охранников. Они бегут. Уплыть я не успею...
Одного убиваю, второго раню, лишая возможности передвигаться...Оборачиваюсь на долю секунды и вижу корабль, далеко...тот самый...Охранников ещё трое, и они более опытные чем первые два. Третий убит. Со стороны причала движется ещё десять... Безнадёжно. Смотрю на корабль, он уже ближе...Доплыву- не доплыву...Не знаю...
Слышу как сзади стреляют, пули пока попадают лишь в воду. Ныряю...глубже. Плыть становиться чуть легче. Заткнутая за пояс шпага слегка...царапает ногу. Больно, но надо плыть. Выныриваю. Я уже близко. Мне кидают верёвку. Хватаюсь.
На корабле все в сборе. Я иду к штурвалу, к капитану, оставляя одной ногой кораватый след...Капитан протягивает руку...
- Достала?
- А как же? - я вкладываю в его раскрытую ладонь маленькую колбочку с кровью.
- Пойдем. - он кладёт колбу в карман и передаёт штурвал Бильбо.
На нашем корабле, не такая прекрасная каюта, как на королевских, но никто не жалуется.
- Сядь, - он достал кусок тряпки и намазав его какой-то мазью приложил к моей ноге.
- Спасибо. куда мы теперь направляемся?
- К потерянным душам и золоту...

17:46 

Всё или ничего

Всё что нам дорого, должно быть либо далеко далеко, либо внутри нас, что бы это нельзя было отбрать (с)
Его рука бежала по её щеке... шея, плечи, грудь... талия... Он обхватил её за талию и крепко прижал к себе, отодвинув её волосы и, взяв за голову, легко прикоснулся к её губам...Посмотрел в её глаза и ,улыбнувшись, стал целовать...Она обхватила его руками и руки "поползли" под его футболку. Она нежно водила ногтями по коже.
Аккуратно положив её на кровать, он спросил:
-Ты моя?
-Да...
-Уверена?
-Конечно... ну, целуй же меня...
-Я могу целовать только твое тело, но не тебя!
-О чём ты? Я не понимаю...
-Пойми ты сейчас не со мной... ты далеко.
-Я здесь рядом, - она ещё сильнее прижала его к себе.
-Нет... Твое тело, твоя плоть здесь... а тебя здесь нет.
-Я люблю тебя.
-Да... я тоже могу полюбить тебя на этой кровати... и наши пути разойдутся...Ты этого хочешь?
-Я правда тебя люблю.
-Я тоже могу это сделать... сейчас... Мне не нужно твоё тело, как оно нужно всем...Не будь такая, как со всеми и со мной тоже...я хочу любить твою душу...а она не со мной!
-Она во мне как её может здесь не быть?
-Я хочу чувствовать тебя... Пойми мне не нужна половина. Я хочу всё или ничего. Любить тела - это проще простого, а вот любить душу... Да может ты и испытываешь ко мне страсть, принимая это за любовь но... пойми, пока твоей души не будет со мной... ты не моя... Я не хочу половины... мне нужно всё или ничего...
-Прости...
Она заплакала и прижалась к нему. Он чувствовал, как выходят слёзы и их место занимают кусочки души. Он понимал, что нужно много времени, но знал, что она сможет. Прижав её к себе он сказал:
-Плачь... только плачь искренно...
Он просидели до вечера... когда они прощались в метро...
-До свиданья... в следующий раз… я буду ждать твою душу...
-В следующий раз я приду... приду... и буду вся твоя...вся

17:42 

Грязная мною ненавистная, моя любимая

Всё что нам дорого, должно быть либо далеко далеко, либо внутри нас, что бы это нельзя было отбрать (с)
- Ты знаешь, - она выдохнула дым и стряхнула пепел, - вчера мы с Леркой пошли гулять и встретили Вадика, - она снова затянулась и выдохнула. Она курила медленно демонстративно, пафосно, - У них было туса... Мы запёрлись к ним…там была трава...
Я уже почти не слушал. Мне надоели эти глупые рассказы про траву, гулянки, спиртное.
Она сидела в кресле, положив ногу на ногу и облокотившись на спинку. Она курила «Davidoff». Курила красиво. Наверное, это единственно, что она умела делать в совершенстве. Она любила быть в центре внимания и быть клеевой. А я любил её.
Порой я смотрел в её красные от травки глаза, и меня прошибала дрожь оттого, что я знал… знал, что она мне нужна, что не смогу без неё и в то же время понимал, что если я останусь, то будет хуже, что я буду переживать, где она? Как она?... И становилось больней и больней.
Сейчас она уже не моя. Уже давно. Но я не могу. До сих пор не могу привыкнуть к этому. Я постоянно думаю о ней. Знаю ведь, что надо забыть, но не могу. НЕ МОГУ.
«Зачем я пришёл? Зачем я сейчас у неё?» – крутилось в моёй голове.
Почему? По тому, что она позвала. По тому, что сказала, что ей плохо или скучно…я уже не помню. Это не важно, главное, что она позвала. И я пришел, не смотря на то, что в прошлый раз она закрыла дверь перед моим носом, назвала скотиной и послала, кинув вдогонку пустой бутылкой из-под тыкилы.
Как же я ненавижу себя за то, что её люблю! Я не могу без неё и, наверно, она это знает. Я уверен, что она пошлет меня ещё много раз, но после этого я снова приду. Я не смогу сказать себе «нет!», хотя должен.
Раньше она была не такой. Раньше в ней не было пафоса и стремления к крутизне. Она любила. Я, наверно, всё ещё надеюсь, что та она ещё вернётся. Хотя в глубине души понимаю, что этого не будет и, что я только убиваю себя.
Я хочу снова жить. Но она держит меня…или я сам стремлюсь к ней? Я не могу, но я должен…должен вырваться из этого, должен сказать себе «нет!» и мне станет легче.
- Ты меня слушаешь, - обратилась она ко мне, куря, наверно, уже третью сигарету подряд.
- Да...да...и что же было дальше? – невзначай ответил я.
- Хм…скажи, ты обижен на меня?
- За что?
- За тот раз.
- Нет, - я говорил холодно.
Она встала с кресла, подошла ближе и села на пол, передо мной.
- Прости меня.
- За что?
- За тот раз. Я не хотела, правда.
- Хм…?
- Прости… я, так не думаю… Я не думаю так, как сказала тогда… поверь.
- Угу…- мне хотелось обнять её прижать и сказать, что я верю, не могу не верить, что люблю её и прощу всё. Но я держался.
- Я больше так не буду, - она взяла мою руку и смотрела на меня так, как дети просят конфету.
- Зачем? Зачем тебе моё прощение? – по всему телу катилась радость от её прикосновения.
Она продолжала смотреть и молчать. Мои мышцы напряглись. Мне так хотелось её обнять.
- Прощаю. Конечно, прощаю и верю, - я не смог не улыбнуться ей.
- Ну, вот и здорово! – она фальшиво улыбнулась и села обратно в кресло. – Кстати, жаль, что тебя вчера не было с нами… А ещё мне пора.
- Куда?
- Да, Лёшка позвал. С ребятами во дворе посидеть.
- Опять пить?
- Да я немножко, - она махнула рукой.
- Может не стоит…
- Не твоё дело! – она «ударила», «ударила» сильно.
- Как скажешь…- я пожал плечами и, зная, что сейчас может быть, встал и пошёл к двери.
Одевшись, я вышел и крикнул: «Дверь закрой!»
Спускаясь по лестнице, я лишь услышал, как она хлопает дверью и что-то кричит, то ли мне, то ли в телефонную трубку…Не знаю.
И сново боль. Та самая ноющая прямо в душе. Я должен сказать «нет!». Я должен…должен…должен…!

P.S.: этот рассказ был написан спешал фо Poacher с ли.ру

09:19 

Всё что нам дорого, должно быть либо далеко далеко, либо внутри нас, что бы это нельзя было отбрать (с)
13 лет. Ого! они такие взрослые) я тоже когда вырасту будету таким!!! Почему они не могут со мной пообщаться... и зачем постоянно жалеют или чмырят?

16 лет. Блин, а не пойти бы всем в жопу?

18 лет. Я самый умный, самый взрослый... малолетки идут лесом...

25 лет. Главное не сколько лет, а сколько мозгов в голове.



Блин. а не слишком ли много ты на себя берёшь.. вместе со своей рыжей "подружкой"? Спелись, голубки блин... нашли друг друга, и раз человеку 16.. он маленький и его жалеть постоянно надо... "Ты изменишься, ты не будешь заморачиваться на любви..." Да, а на чем я буду заморачиваться? На тупом сексе ради секса? А не пойти бы вам подальше...? Умные взрослые дети, блин! Помешаться на гаше, бухле, сексе и и имение проблем с инстом и работать... это у нас теперь взросление... В таком случает я никогда не позраслею... ну и хорошо))) Буду маленьким ребёнком себе на уме) И ответственность меньше и льгот больше. Достало уже это...

14:20 

lock Доступ к записи ограничен

Всё что нам дорого, должно быть либо далеко далеко, либо внутри нас, что бы это нельзя было отбрать (с)
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
17:12 

Прошлое...

Всё что нам дорого, должно быть либо далеко далеко, либо внутри нас, что бы это нельзя было отбрать (с)
Почему то он принёс безумную гармонию... спокойствие и уверенность, что он никогда меня не бросит и не оставит... Дикий порыв нежности и старая любовь, робко постучавшаяся наружу, отряхивая пыль... Не хочу ничего возвращать Захлопнула дверь, закрыв ещё сильнее...
Я люблю тебя... но это было давно

16:31 

Flёur

Всё что нам дорого, должно быть либо далеко далеко, либо внутри нас, что бы это нельзя было отбрать (с)
Есть счатье лишь на пару мнгновений и горе что будет всегда, одно утешенье - друг, который никогда не предаст...
Он в небе широком и вольном, и если случитсья беда и станет вдруг нестерпимо больно, он никогда не предаст...

P.S.: Есть 2 человека, которых я бы хотела видеть такими друзьями... надеюсь так и будет.

15:41 

Всё что нам дорого, должно быть либо далеко далеко, либо внутри нас, что бы это нельзя было отбрать (с)
P.S.: Порт, Пикс, приезжайте.. я так по вам соскучился)) А ещё у меня посуда грязная и мусор не выкинут) :lol: :lol: :lol:

12:16 

Всё что нам дорого, должно быть либо далеко далеко, либо внутри нас, что бы это нельзя было отбрать (с)
Что для тебя любить?

Странные вопросы иногда лезут в голову, а если ещё и находишь на них ответы, то это это же вообще такое иногда получаеться :-D Кошмар

Все простохотя расслабиться, всех просто запарило париться)))

21:18 

Игра слов)) гы))

Всё что нам дорого, должно быть либо далеко далеко, либо внутри нас, что бы это нельзя было отбрать (с)
Ненавижу тебя
Ненавижу за то, что ты здесь
Ненавижу глаза твои, губы
Ненавижу слова твои
И за то что ты есть ненавижу

Ненавижу себя
Ненавижу за чувства свои
Ненавижу поступки и слёзы
Ненавижу за слабость свою
И за то что люблю ненавижу

Я прощаю
Прощаю за гордость
Прощаю плевки и упрёки
Прощаю за глупость
И за то что не любишь прощаю

14:01 

Всё что нам дорого, должно быть либо далеко далеко, либо внутри нас, что бы это нельзя было отбрать (с)
Я подстриглась) Так круто...Теперь как черная татушка с ежиком))) рь)
Эх..видел бы это Грей)

12:20 

Всё что нам дорого, должно быть либо далеко далеко, либо внутри нас, что бы это нельзя было отбрать (с)
Объявление в газету.
Нужен друг. Срочно.


Как же тяжело, когда друг отказывается от тебя. Не важно по каким причинам. Уважительным или нет. Дружба то осталась, но уже не такая как раньше. И вокруг ложь... одна ложь. Навижу ложь! За что так? Может я сама в этом виновата, хотя я не вижу этой вины и как это не странно никто не видит. Почему человек может полюбить и разлюбить за 3 дня, может забыть обо всем за 1 день, может начать просто так тебя подбивать на ненвесть к нему лишь для того, что бы ему было легче уйти. Слезы. Я не плачу. Зачем? Просто обидно. Ну ничего затолкаем это поглубже и забудем... я устала.
Я ревную?! Нет, ты что? Я даже парней своих не ревную... ревность - это даже хуже чем измена. Мне просто обидно от нехватки внимания. Но что ж... все изменилось. Смирилась. Еще не доконца)
Не могу все рубить с плеча, легче сделать вид, что все равно, а потом оно и на самом деле будет все ранво. К тому же, если нужно будет, можно достать это из глубин и попробовать сделать абгрейд))
Больно, обидно. Уже все равно.
Помирая дома от скуки
Пишет: "Полюблю" в Из рук в руки
Но не звонят, но не звонят.

Znaki - Polly

15:20 

lock Доступ к записи ограничен

Всё что нам дорого, должно быть либо далеко далеко, либо внутри нас, что бы это нельзя было отбрать (с)
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL

Женская логика

главная